Его видать сразу же. Только поезд приблизится к Казани. Красные кирпичные строения, разрушенные не то временем, не то людьми. Все гут разом.

 

Издревле места эти привлекали людей своей таинственностью. Столько легенд об этом холме! Говорят, первые поселения появились здесь еще до возникновения Казани. Ну, может быть, вместе с ней. И что удивительно, археологи называют ту же самую дату — девятый век. Недалеко от старого устья речки Казанки возвели снос село лесорубы и плотники. Здесь, среди дубовых и сосновых лесов, строили свой торговый и военный флот булгары. Даже название своему селению они придумали многозначительное — Бишбалта, пять топоров. Почему пять? А кто его знает. Возможно, дань вере: число пять в мусульманской религии священно. Вот и хотели корабельных дел мастера этим числом защитить себя от злых сил.

 

А защищаться было от кого. Рядом с селом — неприступная гора, со всех сторон огибала ее полноводная Казанка, по низине — густые заросли дикого, непроходимого леса. Никак не проникнуть на вершину холма. А она, вершина, будто нарочно вычищена кем-то. Ни дерева, ни кустика. И обзор с нее такой, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Глаз видит дальше горизонта, так говаривали. И живет там чудище лесное, крылатый змей. Зилант по-татарски. Вот и назвали гору эту Зилантовой, змеиной, значит.

 

Сам Каюм Насыри описывал это, придав, правда, большей правдоподобности: "В этих местах повсюду точно копны лежали кучами змеи, настоящие драконы, толстые как бревна. По ним произошло и название". Кто знает, может, и есть тут истина: легенда-то о времени первого поселения здесь подтвердилась.

 

А потом задумал хан истребить змей. Собрал визирей, стал сонет держать. И решили мудрецы: туда, где змеи лежат, натаскать соломы и зажечь...

 

Решить-то решили, а вот кто исполнять должен. Отыскали проворного юношу, дали ему быстроногого коня - и полетел он как ветер, высекая огнивом искры на разложенную солому. Но не уберегся храбрый батыр. Одна из змей, взявши в зубы свой хвост, кольцом подкатилась к смельчаку и сгубила его. Не смог справиться с ней юноша, не вынес ударов толстой могучей противницы.

 

В память о подвиге этого юноши и в назидание потомкам стали местные жители и изображать на гербах и печатях своих крылатого паря змей.

 

А гору эту так и назвали Зилантовой.

 

Как бы там ни было, а легенда эта прочно вошла в мифотворчество местных сказателей. И не только татар.

 

А когда царь Иван Васильевич покорил ханство Казанское, на горе этой схоронили русских воинов, павших при взятии города. Над могилами возвели монастырь. Но недолго простоял он, - вешние воды разрушили монастырские стены. И игумен Иоаким в 1557 году решил перенести обитель на версту ниже по течению Казанки, на верхнее плоскогорье Зилантовой горы.

 

И хоть именовался монастырь женским Богородицким, все же в народе звали его Зилантовым. И как ни убеждали священники не звать святое место именем поганого змея. — память народная оказалась сильнее. И в конце-концов смирились православные, да и сами стали писать в грамотах второе прозвание монастыря. А в грамотах этих — о том, какие земельные угодья закреплялись за монахами, какие рыбные места на Волге, какие малинные луга...

 

Заботились об этом монастыре неустанно. Еще в 1574 году разграблен он был разбойниками, но усердием верующих восстановлен. А в 1740 году обнесен каменной стеной. Все это — не случайно: здесь ведь был центр по обучению грамоте и православной вере. На некоторое время приютилась в стенах обители и духовная семинария.

 

Но манила к себе гора не только богомольцев. Не давала покоя древняя легенда. И за золотыми куполами храмов виделись романтикам крылья крылатого царя змей. Может, потому уже Иван Грозный утверждает знак Зиланта официальной печатью Казани. А когда Екатерина Первая задумала сочинить образцовые знамена по городам, то Казани был оставлен "змей черный, под короною золотою Казанскою, крылья красные".

Так в мае 1729 года Российская Империя узаконила старую булгарскую легенду.

 

А Гаврила Каменев, известный казанский поэт, чью биографию хотел писать Александр Сергеевич Пушкин, создал замечательнейшую романтическую поэму "Громвал", положив в ее основу легенды о Зиланте.

 

Между прочим, еще в домонгольские времена булгары в качестве официального использовали герб с крылатым змеем. Что же до монастыря, то и его судьба была определена по примеру булгар: при Петре Первом почти вся монастырская земля была взята правительством под мастерские и лесные склады. И рождался в этих мастерских русский флот.

 

Вновь на землях Бишбалты застучали топоры корабельных дел мастеров. И к 1917 году в монастыре осталось лишь десять монахов да два послушника.

 

Главным делом обитателей Зилантовой горы теперь была не молитва, а судостроение: уже в 1710 году из Казани на Балтику ушла эскадра из пяти кораблей, затем были построены восемь судов для Азовского флота. Петр решил использовать давние традиции и хороший лес на пользу Отечеству, утвердив здесь второе в России после Санкт-Петербурга адмиралтейство. К чему, мыслил преобразователь России, дорогостоящая отправка корабельного леса из Казани в северную столицу, когда можно здесь, на месте учить людей "цифири и геометрии", столь необходимым в корабельном деле.

 

И вот в 1718 году в слободе открывается специальная школа. И Бишбалта влилась в адмиралтейство. А живописная местность вокруг Знлантова монастыря превратилась в зону отдыха, как мы теперь сказали бы. Сюда приезжали отдыхать семьями. И тогда оживала полноводная речка, десятки лодок бороздили ее. Догадываетесь теперь, где именно прошла одна из первых маевок в городе? Конечно же, под стенами монастыря. Вот почему улица, расположенная напротив Зилантова монастыря, носит название Первого Мая.

 

Думал ли об этом первосвятитель Гурий, хлопотавший об устройстве монастыря?

 

В 1920 году судьба обители была решена. Согласно декрету Совнаркома РСФСР двести двадцать десятин земли и монастырские здания полностью и безвозмездно перешли государству. И — здания эти стали все больше рушиться. Ведь с тех пор, как Зилантов монастырь лишился радетельных хозяев, в нем побывало немало тех, кем интересовался НКВД, — а это не способствовало сохранению уникального памятника истории и культуры, помнившего события четырехвековой давности.

 

И не спасли его выстроенные кольцом по кряжу горы каменные стены с башнями, бойницами и крытыми галереями... А ведь еще за три года до революции мощью крепостных стен монастыря восхищались историки и знатоки архитектуры. Видимо, не зря, коли приглянулись эти укрепления и МВД, унаследовавшему здания для спецприемника.

 

Каждый раз, возвращаясь из Москвы, я старательно всматриваюсь сквозь пыльное окно поезда в белесую дымку простора. Там, за утренним туманом и копотью машин — красные кирпичные стены, возведенные на змеиной горе. Они дышат историей, далекой и более близкой, живы еще.

 

И кто знает, увидят ли их мои дети и внуки?...

Copyright ©, Старая Казань, 2012-2018. Все права защищены.

Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.