В этот раз мы в Казани 1932 года. Как живут люди, что и почем покупают казанцы?

 

Оглянемся вокруг. Перед нами город с 230-тысячным населением, треть которого - татары. Из самодеятельных, то есть способных к труду жителей, 41382 человека — рабочие, 24168 — служащие, 8168 — младший обслуживающий персонал (уборщицы, сторожа и т. п.), 5322 — самостоятельные производители и 23330 человек и прочие трудящиеся. В эти годы в Казани было 42 769 построений, из них 13430 — жилые. Две трети жилого фонда принадлежало государству. Если присмотреться, то можно заметить, что в основном дома старые, большей частью одноэтажные, деревянные, удобства — минимальные. Даже в государственном секторе лишь половина квартиросъемщиков могла пользоваться электроосвещением, только в одной четверти домов водопровод, у трех процентов—канализация, четырех—центральное отопление.

Летописная дата возникновения Казани — 1177 год. Где же располагалось то первое поселение (аул), на основе которого вырос город? На Кремлевском холме? Но он удобен для защиты от врага и не подходит для жилья. Где вы видели деревню, построенную на вершине горы? Прежде всего, здесь нет (и никогда не было) источников чистой питьевой воды. Холм со всех сторон открыт ветрам и буранам. Деревни же обычно жмутся к какой-нибудь чистой небольшой речушке и располагаются в местах, защищенных от жгучих ветров.

 

Итак, чтобы ответить на вопрос, где возникла про-Казань, надо сначала определить, откуда жители брали воду для питья и хозяйственных нужд?

Записано со слов дачника-старожила Дмитрия Засосова.

 Летняя жара гнала из пыльной Казани на пленэр всех, кто имел для этого хоть минимальные средства. Сначала снимались комнаты и квартиры вокруг Дальнего и Среднего Кабана. На работу добирались пароходиками - по утрам и вечерам суденышки были переполнены.

 Постепенно география отдыха расширялась - за счет Верхнего Услона и других селений вверх и вниз но Волге.

казань 100 лет назад

Категория господ в Казани 100 лет назад была достаточно пестрой. На одном полюсе находились средние и крупные слои купечества и дворянства. На другом — те, кто и тогда и теперь называл себя интеллигенцией: учителя, врачи, инженеры, служащие государственных учреждений, техники. Но как разнились эти господа!

Особенно по доходам. Например, учитель начальных классов гимназии получал от 150 до 240 рублей в год. По своим доходам он мало чём отличался от рабочего. В 1893 году в Казани при фабрике Алафузова было открыто училище для детей рабочих. Старший учитель получал жалование 400 рублей в год при имеющейся квартире. Ну, а если не было, выдавали ему еще 120 рублей. Законоучитель имел 120 рублей, второй учительнице полагалось 350, учителю пения — 40, а вероучителю мусульманского закона — 60 рублей в год. Примерно такое же жалование было у почтово-телеграфных служащих—180—400 рублей в год, писцов в банке — 360. Чуть больше получали служащие банков (400—600 руб.), младшие офицеры (поручик в пехоте получал 39 руб. в месяц).

Каждый коллекционер Казани знает "Толкучку", которая уже на протяжении многих лет, каждое воскресное утро собирает любителей монет, значков, книг и пуговиц, дверных ручек и самоваров, всего не перечислить. Здесь под стопами химика Бутлерова оживает история Казани. Такое звучное название, сборище казанских собирателей, получило в наследство от - "Толкучего рынка" - одного из самого старого базара Казани.

 

"Располагалась прежняя толкучка у южной стены гостиного двора. Сейчас это пустынный сквер за бывшим кинотеатром Спутник, трудно представить, всего столетие назад здесь кипела торговая жизнь. На противоположной от Гостиного двора стороне Гостинодворской улицы действовал книжный рынок и работали антикварные лавки. Здесь преобладал иной покупатель: библиофилы, коллекционеры из числа богатых людей, профессора университета, ветеринарного института и духовной академии, студенты. Самый ценный и редкий товар выставлялся в лавках, а что попроще "разваливалось" на ларях, а то и просто на земле.

«Аркадия» за городом была...

Подадимся-ка, читатель, в район села Борисково.

Нет, мы не станем трястись, в пролетке по ухабам скверно мощенных дорог. Совершим романтическое путешествие но воде. Тем более, что это совсем просто. Сойдем в Казани с трамвая на остановке «Булак» у самой плотины-затвора, поднимаемого всякий раз по весне, чтобы вешние воды смыли накопившуюся за зиму в застойной протоке грязь и в нее легче входили многочисленные плоты, лодки и маленькие пароходики.

 А вот и пристань «легкового пароходства по озерам Ближнего и Дальнего Кабана». Оно основано в 1868 году Н. Свешниковым. Маленькие пароходики с экзотическими, а то и просто смешными названиями — «Дачник», «Казанец», «Джигит», «Восточная Бавария» и даже «Бобчинскнй» с «Добнинским» — все лето перевозили горожан в дачные зоны, разбросанные по берегам Дальнего Кабана, и обратно. Вот там, вдали от шума городского, был целый городок. Самыми дальними, перед лагерем юнкерского училища, были дачи Серебрянникова—«Чертов угол». В конце 70-х годов прошлого столетия здесь появились ресторан, кумысолечебница и «прочие места для общественных собраний и увеселений». Чуть ближе к городу находились дачи Андреевского. «Общественное веселье», вовсю кипело и здесь. В роще был выстроен летний театр с обширным залом. А в воскресенье 4 августа 1895 года здесь с большой помпой открыли загородный сад «Аркадия», в нем-то и сосредоточивалась концертная и развлекательная деятельность «бесшабашных дачников».

Мафия не оправдала надежд городских властей...

«Ваше Превосходительство! Сделайте доброе дело, и им Вы себе создадите вечный нерукотворенный памятник и прославитесь на всю Россию. Побывайте лично в Марусовских домах на Рыбнорядской и Старо-Горшечной улицах. Они еще 30 лет тому назад прославились своей грязью и притоном проституток, хулиганов и разного темного люда, но там же гнездятся и честные труженики: бедные чиновники, студенты, курсистки, всякие ремесленники и отравляют свою жизнь: ведь это клоака всяких зловоний и всякой заразы. Недаром их зовут Марусовской трущобой.

 Для чего же существуют врачебные инспектора, если у них под носом целых полстолетия, если не больше, в центре университетского города - столицы Поволжья имеется такой очаг заразы и зловония...

«Великий разоритель»...

 

«Если бы не было у нашего брата крестьянина двух разорителей - водки и пожаров, то всякий бы из нас мог жить припеваючи». Этой цитатой из небольшой брошюры священника Д. Григорьева «Успешная борьба с пожарами», опубликованной в Казани в 1914 году, мы начинаем новое путешествие в прошлое города. На сей раз речь пойдет о величайшем стихийном бедствии — о пожарах.

 Казанцы и сейчас знают, что это такое. Практически ни одна газета не обходится без сообщений, что «гражданин X. уснул с зажженной сигаретой и получил ожоги ...иной степени» или «гражданка Н. забыла выключить утюг, в результате...» И так далее. Однако бурный наш век с его социальными потрясениями, мировыми войнами, экологическими проблемами все-таки отодвинул пожары на второй план. В прошлом же, и не столь далеком, в огне погибали целые города и селения.

Copyright ©, Старая Казань, 2012-2017. Все права защищены.

Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.