В таких домах - как не учится!

К студенчеству, к  «скубентам» — странным очкарикам в шинелишках на «рыбьем меху» — отношение у нас во все времена было двойственное. С одной стороны, их избегали, опасаясь извечных вольнодумных ересей — храни нас Бог от бунтов разных! А с другой — как-то совершенно по-особому уважали. И не потому только, что учились в университетах и институтах будущие «господа» да их превосходительства», но главным образом за приобщенность к таинствам чуда из чудес -  Науки...

К слову сказать,  вопреки известно почему установившемуся сейчас мнению студенты сначала века особыми успехами в учебе отнюдь не блистали. «На медицинском факультете Университета с 2-го на 3-й курс перешли лишь 15 студентов из 275. Затем 135 окончательно «посели» на второй год, а остальным, как имеющим невыдержанными не более и предметов, предоставлена возможность быть или не быть третьекурсниками»,— писал 1 сентября 1913 года «Казанский телеграф».

 

Но так уж повелось с самого начала просветительства российского, что Гимназиям, институтам и университетам, независимо от успехов их учащихся, всегда предоставлялись самые лучшие,- выгодно расположенные, удобные, светлые и теплые дома — только учись! Не стала исключением из этого правила и Казань.

Когда в 1874 году в нашем городе открыли ветеринарный институт, новому вузу поначалу отдали двухэтажный особняк на Грузинской улице (ныне это не слишком удачно «наращенное» четырехэтажное здание общежития КФЭИ), однако уже к 1894 году будущим ветеринарам стало в этом доме тесновато и возник вопрос о строительстве нового специального учебного корпуса.

4 марта 1894 года (все даты — по старому стилю) прошли первичные торги, а 8 марта — переторжка на постройку трехэтажного здания с подвалом для ветеринарного института. Участок отвели на Арском поле, определив стоимость строительных работ в 60 тысяч рублей. Планировку здания, не мудрствуя лукаво, взяли по образцу военно-медицинской академии Санкт-Петербурга, разработкой фасадов занялся известнейший архитектор Генрих Бернардович Руш.

Получился корпус немаленьким, хотя и пришлось в ходе строительства из-за скудности средств экономить буквально на всем (в дело пошел даже камень от разобранного незадолго до того мостика Сибирской заставы). Впрочем, на качестве постройки эти финансово-экономические ухищрения не сказались — вышла она на редкость хороша. Даше посетивший Казань принц Ольденбургский, курировавший в то время образование в России, остался весьма сю доволен.

Здание торжественно открыли 7 сентября 1896 года, и немало поколений ветеринаров побывало в его стенах. Сейчас это — производственное здание слева от памятника Н. Бауману (именно слеза, ибо за спиной у революционера другое здание КГВИ — постройки 30-х годов нашего века).

Бывало, правда, и так, что обстоятельства препятствовали воплощению в жизнь многообещающих проектов учебных зданий и в городе вырастали корпуса, не слишком удачные в архитектурном плане.

Подобная история случилась с конкурсом на лучший проект будущего здания высших женских курсов на углу Госпитального переулка и грузинской улицы (сейчас это здание факультета физвоспитания и спорта КГПИ на улице Карла Маркса, напротив церкви святой Варвары). Начиналось все прекрасно — первое и второе места в конкурсе и премии в 250 и 150 рублей соответственно получили архитектор Н. Васильев и инженер Н. Мухин. Казалось бы, нет аргумента убедительнее  - талантливой паре и строительный подряд в руки. Ан нет, по неизвестным причинам строить здание выпало третьему призеру — инженеру В. Трофимову, взявшему за образец уменьшенную копию здания Купеческого собрания Москвы (нынешний театр Ленком).
Появлялись и другие институтские здания — какие получше, какие поскромнее, однако всякий согласится, это - самые видные дома в нашем городе. Правда, отношение к ним уже далеко не то, что раньше. Как, кстати, и к их обитателям.

Борис ЕРУНОВ.

Copyright ©, Старая Казань, 2012-2018. Все права защищены.

Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.